4 февраля в Пекине стартуют зимние Олимпийские игры. А сегодня мы начинаем публикации материалов, основанных на воспоминаниях о занимательных историях, которые происходили с бесстрашным до авантюризма журналистом «Вечерки» и других петербургских изданий Борисом Оськиным на Олимпиаде в Пхенхчане (и не только) – от первого лица (но и не только).
Отпраздновав корейский новый год, я прикоснулся к олимпийскому инвентарю – для состязаний в скелетоне, спуске головой вперед по ледяному желобу на санках. Естественно, прямо во время олимпийских стартов, в 2018 году.
Завела меня туда оплошность волонтера, толком не владеющего языком (английским – а вы что подумали?). При этом предварительно пришлось взобраться на огромный холм, поскольку трасса была встроена в горный рельеф. И очутившись на своей репортерской позиции, достал я фотокамеру и приготовился работать. Но, к удивлению, заметил скелетоны – по ошибке его запустили прямо в стартовую зону для атлетов.
Чтоб вы четко понимали, профессиональные олимпийские скелетоны стоят как гоночные автомобили. «Какая неожиданная удача, – подумалось. – А ведь люди несутся на них по ледяному желобу вперед головой, со скоростью до 130 километров в час!» Я тут же тронул пару-тройку их, чтобы получше сфотографировать эти чудеса соревновательной техники. И уже хотел было оформить селфи.
Вдруг на меня надвинулась фигура неизвестной дамы, выплывшая откуда-то из кулуаров. «Англичанка», – догадался по её акценту.
«Вы не имеете здесь права находиться, – бросила она, как оказалась, чиновница международной федерации бобслея и скелетона. – Мы сейчас вас отправим на автобусе вниз с трассы. И отдайте скелетон». Попытки объяснить, что я не вор, что оказался в этой зоне не по своей воле и даже то, что скелетон я трогал, да и собирал в комнате главного редактора, не приводили ни к чему. Тут же запахло. Жареным. Пришел колоссального роста охранник. Кореец. Стало ясно, что сейчас будут лишать аккредитации. Только бы не стали бить, – вспомнил погоню шахматистов за Остапом Бендером и Кисой Воробьяниновым. Но… секьюрити не понимал ни слова по-английски.
«Вот видите – заорал я – никто не понимает ничего, потому волонтеры сюда и послали меня!». Чиновница рукой махнула. А я отправился искать реальную дорогу на арены. И махнув рукой на дорогие, как болиды, скелетоны.
Борис ОСЬКИН
Фото автора